December 14th, 2009

Городские партизаны

"Мы решили заменить некоторые плакаты с рекламой поисковика Google на похожие. Так как владельцы рекламных площадей не заметили подмену, то провисели они три недели. Для простоты мы купили костюмы расклейщиков плакатов за 700 рублей и за 500 рублей нанесли на них логотип."



И вот что получилось на выходе:


Отсюда

Про перемены

На сайте радио Финам-ФМ выложили расшифровку и видео моего эфира на тему "Президент, оппозиция, общество: монолог, диалог, противостояние?". Хотя, говорили не только об этом. В частности, начали, конечно, с пожара в Перми.

Вот небольшой отрывок оттуда:

"Я утверждаю: многие не то, что поверили Медведеву – они поверили в то, что появилась небольшая возможность на изменения, на перемены. Потому что понятно, что большие перемены возможны только в революционной ситуации, будь она кровавая, или не кровавая - разные варианты бывают. А у нас появилась возможность небольших, постепенных, но все-таки изменений. И это лучше, чем скатываться обратно в путинскую историю, потому что у нас два варианта: или мы скатываемся в ужесточение режима, куда же еще, или мы все-таки подталкивая Медведева, заставляя его, говорим: "Ты сказал "а", говори "б". И дальше прогоняем его по всему алфавиту.

Понимаете, надо на него давить, надо его сделать заложником своих слов. Если он говорит что-то – давай, делай! Делай, мы, общество, смотрим на тебя и говорим: давай, давай. И я считаю, что в этом задача оппозиции сейчас заключается. Потому что биться головой об стену, как мы делали 6 лет, и говорить: "Кровавый режим, кровавый режим" – понятно, да? Это полезно, конечно, но не происходят изменения. Я хочу, чтобы происходили изменения. Конечно, я хотела бы, чтобы произошло все побыстрее, лучше, чтобы Ходорковского освободили, чтобы Путин ушел в отставку, чтобы коррупция исчезла, понимаете? Чтобы освободили политических заключенных, я этого всего хочу. Но я понимаю, что все сразу невозможно получить.

Вероятность очень маленькая, просто крошечная пока что. Поэтому я в лице Медведева вижу просто тактическую возможность расширить поле для демократических изменений. Демократических – не надо пугаться этого слова, оно ужасно испоганено за последнее время. О чем идет речь? Нормальный суд, справедливый. Нормальные выборы, нормальная конкуренция, нормальная конкуренция идей, отсутствие вот этих всех крышеваний, когда у нас правят эфэсбэшная, эмвэдэшная преступная группировка, как я говорю. А что, это на самом деле реальность. И это плохо, и все это понимают. В принципе, люди выбирают стратегию сжиться с этим как-то, привыкнуть, приспособиться.

Смотрите, на самом деле, серьезную вещь скажу. Я считаю, что действительно, Россия, к великому сожалению, движется к катастрофе. К катастрофе государственной, потому что не думаю, что в каком-то обозримом пространстве, времени Россия сохранится как государственное образование. К сожалению, об этом говорит анализ исторический, анализ социологический и другой. Что это означает? Что в ситуации катастрофы нам очень важно, в каком состоянии общество к ней подойдет. Мы останемся такими же атомизированными, где каждый будет сидеть в своей квартире и смотреть на соседей волком, а при этом там не будет света, воды, заражения через трубы? Понятно, что катастрофа может быть любая. Но о чем идет речь – о том, что в ситуации абсолютно прогнившей власти, абсолютно не заинтересованной в жителях, абсолютно не интересующейся, как там живут люди, они при первой возможности смоются. А общество останется.

И вопрос в том: мы с вами граждане, это наша с вами страна. Наша, не их, не вот этих, наглые, отъевшиеся рожи, которые каждый день вам встречаются на разных местах. Наша с вами задача - быть готовыми к этой катастрофе и быть сплоченными.

Collapse )

Путинская команда

Очередного "питерского" обокрали почти на 10 миллионов рублей. Как передает «Эхо Москвы», в милицию обратился начальник Главного Управления жилищного и социально-бытового обеспечения Управделами президента Валерий Солуянов (раньше он был заместитель управляющего делами президента РФ).
В его коттедж в подмосковном поселке Архангельское проникли воры и украли 200 тысяч евро, 300 тысяч рублей, золотые часы "Брегет" и "Шопард", а также наградной пистолет и патроны к нему.

Это тот самый Валерий Солуянов, который засветился в некрасивой истории заказного уголовного дела против мужа своей сестры.

Российские больницы и спасение людей

Почитайте, врачи из бригады по ЧС, которые эвакуировали пострадавших в Москву, рассказывают:

"Пермь — хоть и краевой город, но он не подготовлен для оказания помощи такому количеству ожоговых больных. У них есть ожоговый центр на 30 коек. Мы его не видели. Но 9-я и краевая больницы — это ужасно. Они делали что могли и что было в их силах. Но недостаточно было медикаментов, которые в современном мире сейчас применяются. Ожоги тела составляли 80—90%. Это очень тяжелые больные. У них в Перми сил бы не хватило однозначно. Даже в Москве было тяжело всех этих больных принять. Хотя у нас тут три больницы, в которых есть ожоговые центры: Институт хирургии им. Вишневского, НИИ Скорой помощи им. Склифосовского и 36-я городская клиническая больница.

Сафина: Перевязочного современного материала у них, например, нет.

«Новая»: Из-за нищеты?
П., В., С. (хором): Да, из-за нищеты.

В.: Вы меня извините, но нам местный доктор так и сказал: «У нас медицина в полной жопе находится». Так и сказал.

«Новая»: Вы много провинциальных больниц видели. Пермские чем-то отличаются?

В.: Они вписываются в провинциальную медицину, которая везде примерно одинаковая, — это медицина, которая находится в упадке, на которую практически не выделяются средства. Это какой-то XIX век — все эти больнички. Как у Чехова еще описано. Это такая нищета!

П.: Мы живем в XXI, а они еще в XIX веке. Ну или в начале XX.

В.: Зарплата у этих врачей нищенская. Как они там живут? Говорят, на подножном корме — у всех участки: картошечку, лучок выращивают.

С.: Чего удивляться? Мы ездим по всей России — мы это видим везде".

И вот напомню вам про центральную больничку в Бологом, которая принимала пострадавших на НЭ:

Разрушенная инфраструктура мешает вовремя спасти людей

Остановить 282

13 декабря 2009 в Екатеринбурге с однодневным визитом побывала председатель Комитета по правам человека и член Комитета иностранных дел Европарламента Хейди Хаутала. Госпожа Хаутала побывала в СИЗО № 1, где встретилась с осужденным свердловским нацболом Алексеем Никифоровым. Также Хейди провела встречу с семьей Никифорова и семьей находящегося в СИЗО по подозрению в совершении преступления правозащитника Алексея Соколова.

Хейди навела шороху в Екатеринбурге. Там думали - ну посадили какого-то малолетнего "экстремиста", кому он нужен? А вот Хейди взяла и приехала. Говорят, весь Ебург переполошился.

А Никифоров сидит 1 год фактически за растяжку "Хватит Путина!". Формально - по злополучной 282 статье УК.