November 18th, 2009

Смерть заложника

Силовики в нашей стране придумали новую тактику в деле хищнических захватов крупных компаний - брать заложников - то есть не первых людей компаний - и гноить их в тюрьме.

Бахмина и Алексанян - типичные заложники по делу ЮКОСа. Бахмина, слава богу, на свободе, а Алексаняна чуть не сгноили, но все равно продолжают гнобить.

Вчера в "Матросской тишине" умер очередной заложник по делу инвестфонда Hermitage Capital - юрист Сергей Магнитский.



Вот подробная статья о деле, почитайте.

Нетократы

Буквально на днях перечитывала отрывки из известной книги Александра Барда и Яна Зондерквистома «Нетократия».

И вот нашла свежее интервью Барда в Снобе, где он развивает идеи книги и описывает кто такой нетократ сегодня:

"Достаточно взять мобильный телефон человека и открыть его адресную книгу. Вы — это те люди, с которыми вы общаетесь. Вот типичное определение того, кем является человек с нетократической точки зрения. Нетократы просто помешаны на своем круге общения. Не столько на своих супругах или тех, с кем у них общие интересы в бизнесе, сколько на людях, с которыми они общаются, и, прежде всего в Интернете. Если вы проводите много времени, общаясь в онлайне, и при этом ведете активную общественную деятельность, то вы являетесь типичным нетократом. Следующий критерий нетократа — это использование Интернета для художественного самовыражения. То есть для того, чтобы стать нетократом, недостаточно просто завести свой блог. У вас должен быть успешный блог, привлекающий большое количество посетителей, которые оставляют свои комментарии в отношении ваших постов и активно участвуют в процессе."


Почитайте, интересно.

Яна Яковлева пишет

"Жестокость к арестантам выражается не в их избиениях, хотя бывает и это, — сама система устроена так, что человек, попавший в тюрьму, превращается в кусок мяса, до которого никому нет дела. За два месяца до смерти Сергей Магнитский писал жалобу на действия охранников начальнику Бутырки. Он писал, что его продержали до вечера в камере сборного отделения («на сборке»). Кто знает, тот поймет, какая это пытка. Если заключенного нужно отвезти в суд, его будят в 5 утра и ведут в эту сборную камеру. В ней нет ничего, кроме ужасного открытого туалета. Там нет окна и все курят. Я брала с собой платок, смачивала его водой и дышала через него. С 5 утра до часов 10-11 ты сидишь, боясь вдохнуть, и ждешь автозака. В него набивают человек 20-30 и начинают возить по Москве. Опять все курят… В суде местные менты, заломив фуражки на затылок, запихивают тебя в «конвойку»: абсолютно темное помещение со стенами, по которым что-то льется… Было так холодно, что я делала упражнения и говорила себе, что я солдат, попавший в плен, что надо держаться, придут наши и мы победим. Туалета нет. Если нет сил терпеть (а терпеть часов до 9 вечера) поведут в туалет без двери, такой, что тошнота накатывает сразу… В 12 ночи, после еще трех часов сидения «на сборке», поднимают в камеру, которая кажется раем.

Наверное, вся эта система работы с заключенными была придумана в 1937 году, когда было наплевать, что чувствует враг народа: его все равно расстреляют. В свое время я, сидя на «сборке», думала о том, что ФСИН — это единственное ведомство в стране, в котором все работает как часы. Охранникам явно нравится эта работа, они очень мотивированы. У них есть главное: власть над человеком. Безграничная. Заключенные — это рабы. Их состояние, здоровье, голод, холод не волнуют никого." (тут)