August 25th, 2009

Освобождение детдомов - результат кризиса

40 дней

Вчера было 40 дней как нет Наташи.

Почитайте, пишет Таня Локшина tanial:

"Около полуночи Наташа клюет носом. Она патологический жаворонок, я – патологическая сова. Она сейчас уйдет спать, а я просижу за компьютером до четырех. А вскоре после того, как я лягу на свои законные четыре часа, Наташка неизбежно проснется и ринется к тому же компьютеру. Оттягивая момент возвращения к писанине, я продолжаю разговор: «Ну, не спи. Послушай секунду. Тебе, правда, пора уезжать. Да, по городу ходишь – все красиво и с виду спокойно. Но ты же все понимаешь лучше меня. У тебе дочь почти взрослая. Ей здесь оставаться нельзя. Все дикость, страх, ложь. Да и тебе нельзя. Хватит уже, столько лет… Где-то человек должен остановиться?» Наташка трет покрасневшие глаза и бормочет, что нельзя, конечно, но если она уедет, кто же будет работать, к кому пойдут все эти люди, которым необходима помощь? «С социалкой без тебя разберутся! – настаиваю я. - А с остальным… Да, люди эти боятся говорить. Не они к тебе идут. Ты к ним. И умоляешь рассказать, дать тебе возможность им помочь. А они боятся панически. Ты пойми, я их не осуждаю. Жуткая ситуация, кто бы спорил. Но почему ты должна за всех подставляться?»

Наташа делает последний глоток чая: «Да, хорошо бы было уехать, - скажем, на год. Книжку все никак не могу написать. Бегаешь, крутишься – не до того. А вот если бы уехать куда-нибудь… Не сейчас, конечно, сейчас никак не получится…» Она встает с кухонного диванчика и, пошатываясь от усталости, выходит в коридор. «Нет, ты давай сейчас! – смеюсь я вслед. - А то представляешь, какая выйдет неувязка, если тебя грохнут, а ты даже книги написать не успеешь, чтобы друзья и коллеги с помпой издали посмертно. И будет не книга, как у приличных людей, а жалкий посмертный сборничек статей, собранных по сусекам. Представляешь, как неприлично? Нет ничего хуже посмертного сборника статей. Если осталась у тебя хоть капля совести и самоуважения, езжай отсюда подальше и, пока книгу не напишешь, не возвращайся!» Шевелением «мышки» по столу я бужу заснувший компьютер и слышу, как в спальне, шелестя одеялом, сонно хихикает Наташа.

*****

Она погибла через два дня, 15 июля. ..."